• Боль и удовольствие: две стороны одной монеты

     

    «Терпи, казак, атаманом будешь!» Может быть, это новый лозунг Национальной футбольной лиги? Конечно, спортсмены и тренеры знают, что ощущение, кото­рое мы называем «болью», может быть лучшим другом. Оно показывает, что оп­ределенная система достигла на данный момент своего предела. Когда мышцы не получают столько крови, чтобы удовлетворить возросшие потребности, тело начинает вырабатывать молочную кислоту, Молочная кислота активизирует «болевые» рецепторы в мускулах и заставляет нас чувствовать, что наши ноги или руки «горят». Самое умное будет остановиться, если заболело, правда?

    Не обязательно, Хотя боль действительно зачастую является средством ранне­го предупреждения тела о том, что что-то не в порядке, она обозначает и многое другое. Мускулы увеличиваются и становятся более мощными, если их больше ис­пользуют, особенно если вы толкаете себя за «барьер боли». Спросите любого пловца или бегуна на длинные дистанции, что происходит, когда вы выдыхаетесь и буквально «валитесь с ног», но продолжаете бороться дальше. У вас открывается «второе дыхание», боль исчезает, и вы чувствуете дополнительный прилив энер­гии, которой, казалось, у вас уже не осталось. И если вы продолжаете работать на этом уровне, вы будете в такой спортивной форме, о которой и не мечтали.

    Хороший вопрос. Ответ на него очень сложен, но на самом деле вам нужно толк ко понять самое основное. Во-первых, ощущение боли — это результат ноцицеп ции, т. е. явления, при котором мозг получает сигналы, говорящие о поврежде­нии тканей. Эти сигналы посылают специальные нервные рецепторы, которые называют ноцирецепторами, или ноцицепторами. Они специализируются на особых осязательных ощущениях.

    Когда рецепторы боли фиксируют какой-то непорядок в организме, они зво­нят в набат и машут красными флажками. Однако чувствуете ли вы на самом деле боль или нет — это другое дело, Мы уже знаем, что сигналы от всех других сенсорных систем обычно искажаются и «подгоняются», и боль — не исключе­ние. Доказательство тому — футболист, который играет со сломанной рукой, или раненый солдат, который выносит с поля боя убитого товарища. И снова мы видим, что мозг действует отнюдь не демократическими методами. События оцениваются. Принимаются решения. Присмотримся поближе?

    Начнем с болевых рецепторов. Это свободные нервные окончания, расположенные внутри кожи, суставов или (чаще всего) мышц, которые приводятся в действие при изменении температуры, физическом или химическом повреждении. Как происходит эта активация? Когда случается повреждение ткани, начинается своего рода «уличная паника». Поврежденная ткань посылает во всех направлениях химических «гонцов». Эти стимулирующие химические вещества связываются с нервными окончаниями; последние становятся чувствительными и возбуждаются. Нервные окончания присоединяются к этому процессу. Они вырабатывают пептид, который называется «субстанция Р»; он, в свою очередь, сенсибилизирует другие, соседние, нервные окончания. Каков же результат? Приливная волна сигналов «с шумом» поднимается по нервам к спинному мозгу.

    В спинном мозге нейронные пути перехлестываются и в конце концов нахо­дят свой путь к зрительному бугру. Красный флажок уже развевается, но боли вы еще не чувствуете. Сначала импульс должен достичь коры и добраться до на­шего сознания. Там он преобразуется в узнаваемое ощущение: «Ой!»

    По крайней мере, теоретически должно быть так. Но в реальности все не­сколько сложнее. Во-первых, чтобы возникло ощущение боли, вовсе не обяза­тельно присутствие ноцицепторов. Люди, у которых ампутированы конечности, зачастую готовы поклясться, что рука или нога у них все еще болит. Хотя самой конечности нет, фантомные боли — вещь реальная. Болевых рецепторов нет, но остатки перерезанных нервов поставляют спинному и головному мозгу ложную информацию.

    Во-вторых, даже если полный набор ноцицопторов бешено «расстреливает» свои «патроны» (отчаянно сигналя: «Здесь повреждение! Здесь повреждение!»), ваш мозг, может быть, никакого внимания на это не обращает. Именно так про­исходит, когда футболист продолжает гонять мяч по полю и играет, несмотря на серьезную травму. Однако, если болевые рецепторы работают, как же ваш мозг может их иногда игнорировать?

    Дело в том, что у мозга есть своя кнопка отключения. Может быть, по какой-то причине он не хочет обращать внимание на какие-либо ощущения. Когда этс случается, мозг может включить нисходящие тормозные пути, начинающиеся в среднем мозге и идущие вниз, к спинному мозгу. Когда, они действуют, тс практически закрывают дверь для всех «шумов», производимых сенсорными рецепторами, в том числе и болевыми, позволяя мозгу «подремать». Другими словами, мозг может не только освоить полученную им информацию так, как ему угодно, он может жестко контролировать сообщения, в которых содержится эта информация.

    Вдобавок к этим внутренним маневрам мозг может заставить вас действо­вать так, чтобы изменить реакцию на боль, меняя природу или интенсивность этого ощущения. Посмотрим, что происходит, когда вы нажимаете на руку или ногу, которую недавно порезали, обожгли или ушибли. Как ни странно, давле­ние на рану уменьшает боль — это биологический факт. Одна из причин состо­ит в том, что нервы, которые переносят информацию о давлении, — это миелинизированные, «быстрые» провода большого диаметра. Когда они возбуждают­ся, то активизируют тормозной межнейронный синапс в ганглии спинного моз­га. Это мешает дальнейшей передаче болевых импульсов мозгу, отрезая их «с ходу».

    Мозг может действовать и совсем по-другому. Он может порождать ощуще­ние боли даже при отсутствии каких-либо внешних ее источников. В 1906 году врачи Дежерен и Русси описали ряд случаев острой боли, которая возникала в результате паралича в таламусе. Пациенты ощущали острую стреляющую боль в конечностях и говорили, что чувствуют оцепенение, жжение и другие болезненные явления; однако поврежден был мозг, а не та часть тела, где ощу­щалась боль.

    Есть такие виды боли, когда мозгу нельзя доверять

    Конечно, можно сколько угодно играть с ощущением боли, но если вы наступи­ли на горячие угли, то не время валять дурака. Для таких ситуаций, когда налицо реальная опасность и реальные физические повреждения, тело создало защит­ную систему, которая обычно обходит контроль мозга.

    Допустим, вы случайно попали пальцем в кипящее масло на сковородке Ерундой заниматься нет времени; надо вытаскивать палец. «Сначала выстрели, потом задай вопрос» — именно так в этом случае поступает тело. Сообщение приходит от болевых и тепловых рецепторов и поступает прямо в моторные ней­ роны спинного мозга. Эти нейроны отвечают за сокращение бицепса и отдерги­вают вашу руку назад. В то же время вам нужно расслабить трехглавую мышцу плеча (трицепс). Эта мышца оказывает противоположное воздействие на ло­коть, и если она сокращается, то сустав локтя не двигается, поскольку бицепс и трицепс — мышцы-антагонисты.

    Аксон, несущий информацию о горя­чей сковородке, также посылает сигнал в тормозящий ишперпейрон, который в свою очередь связан с моторным нейро­ном трицепса и через синапс приказыва­ет ему не сокращаться и не расслаблять­ся, Ваша рука отдергивается от опасного места, причем мозг не принимает никако­го решения — ему просто ничего не ска­зали об этой проблеме.

    Да, рефлекторные дуги большей час­тью проходят ниже уровня шеи. Спинной мозг и стволовая часть головного мозга работают, при этом кора совершенно не задействована. Но даже ваши рефлектор­ные реакции можно изменить, если вы потратите на это время и сделаете усилие. Умение падать — навык, который боль­шинство из тех, кто изучает боевые искус­ства, усваивает в самом начале. Это при­мер того, как возникают новые рефлек­торные реакции.

    Обычно если вы чувствуете, что падае­те, ваш рефлекс — выбросить руку в на­правлении падения, чтобы смягчить удар. Однако руку при этом можно сломать. Гораздо лучше принять тяжесть удара на плечи и, упав на землю, перекатиться, — но это совсем не то, чего хотят ваши рефлексы, если вы предоставите им решать за вас. Посредством практики вы тем не менее можете изменить эти рефлексы (как и поступают изучающие боевые искусства), фактически перепрограммиро­вав свои рефлекторные реакции.

    Почему иногда в голове бывает «накурено»

    Притупление боли и/или стимуляция удовольствия, как считается, прочно свя­заны с вырабатыванием эндогенных (т. е. производимых в самом организме) по­хожих на опиум веществ, называемых апиоидами. Среди синтетических опиоидов встречаются наркотики — такие, как морфин, кодеин и героин, и все они об­ладают обезболивающим действием. Эндогенные опиоиды, вырабатываемые нашим организмом, бывают трех разновидностей и приводят в действие, по меньшей мере три вида рецепторов, каждый из которых специализируется на блокировании различных типов боли.

    Бывают моменты, когда для организма восприятие боли — такая помеха, что бо­левые ощущения просто приходится вре­менно отбросить. Именно тогда тело и производит свои опиоиды. Стрессовые ситуации (типа реакции «сражайся или беги»), когда жизни угрожает смертель­ная опасность и происходит выброс адре­налина, могут заставить тело «забыть» чувство боли, пока не пройдет непосред­ственная опасность.

    И мозг может «уйти» от регистрации чувства боли, даже если с биологической точки зрения боль существует. Такой эф­фект производят некоторые лекарства, например кетамин. Он блокирует про­хождение нервных импульсов (в том чис­ле информации о боли) через таламус в кору полушарий. Если сообщение не про­ходит, то мозг и не узнает, что оно вообще существовало.

    Высокий уровень адреналина можно использовать, чтобы быстро развить эффективный интеллект, В следующий раз, когда вы почувствуете такой . прилив сил, немедленно выполняйте задачу или тренируйте навык, кото­ рый вы хотите развить. Обратите внимание, насколько лучше и быстрее ра­ ботается, когда вы только что ощутили выброс адреналина.

    Мозг может «играть» и с душевной болью. «Палки и камни могут разбить мои кости, но слова никогда не повредят мне ». Очень может быть, что и повредят… Душевная боль бывает такой же мучительной, как и любая физическая, однако ее причины у разных людей различны. Это потому, что ваш собственный мозг, основываясь на вашем опыте и возникающих у вас ассоциациях, решает, что причинит вам душевную боль. Изменение чувствительности к душевной боли требует изменений критериев — фильтров, через которые вы воспринимаете то, что с вами происходит.

    Все знают, что боль весьма неприятна и совсем не нужна, Однако иногда она мо­жет служить и позитивной цели — является потрясающим мотиватором.

    Бетховена высмеивали самолюбивые аристократы, задирали сторонники На­полеона и мучила глухота. Сдался ли он, когда ему стало слишком больно, слиш­ком трудно? Конечно же, нет. Он, по его собственному выражению, «схватил судьбу за горло» и выместил свои страдания на… нескольких фортепиано, кото­рые он буквально разбил и выбросил на помойку. Но мы получили, быть может, самые страстные, мудрые и яркие музыкальные произведения, которые когда-либо были написаны.

    Когда мы слышим слова «обучение», «интеллект» и «умный», то обычно пред­ставляем себе маленькую тихую комнату в изолированной университетской башне, где студент, ни о чем не беспокоясь, может сконцентрироваться на сво­их мыслях. И действительно так — вы можете многое передумать, если на вас не лежат другие заботы или ответственность, но это, ни в коей мере не является единственной ситуацией, которая способствует развитию интеллекта.

    Вы заставляете свои мышцы становиться сильнее, постоянно ставя перед ни­ми новые задачи. Интеллектуальный рост происходит точно так же. Вы ставите себе цели — и лучше всего, если эта планка будет чуть выше того, на что вы, по вашему разумению, способны теперь — и поднимаетесь на уровень этой задачи.

    Интересный эксперимент был проведен несколько лет назад в Канаде, в ак­терской мастерской, где готовили будущих комедийных актеров. Утренняя про­грамма состояла из получасового живого разговора, после чего учащихся проси­ли немедленно взять карандаши и бумагу и записывать свои мысли, никак их не отбирая. Их заставляли писать, думать, говорить и кричать быстрее, чем они ког­да-либо могли или раньше думали, что могли. Их заставляли со скоростью света проделывать упражнения, связанные со свободными ассоциациями. Каждому учащемуся предлагалось пообедать с партнером по сцене, которого он никогда раньше не встречал. А после обеда наступало «крещение огнем», Задача — вый­ти на сцену и в течение пяти минут выступить с юмористической программой, причем весь материал должен был быть новым.

    Пятьдесят человек вставали и в течение десяти минут рассказывали новые 1 шутки под громкий смех аудитории. Большинство из этих людей раньше никог­да не выступали в разговорном жанре. Стресс, необходимость и — да! — даже страх перед выходом на сцену — все давало энергию, необходимую для того, чтобы заставить этих людей сделать то, что они раньше и не пытались.

    Почти все, что вы совершаете, — результат вашего желания избежать боли и найти удовольствие. Для людей в актерской мастерской, очевидно, боязнь стать изгоем, единственным человеком в зале, кто не участвует в общем деле, перевеши­вала боль, порожденную страхом неудачи или унижения. Даже те слова, которые вы используете для описания вашего мира, могут иметь большое влияние на ваше по­ведение.

    Знание этого дает вам способ конст­руктивно использовать страх или боль, На­пример, у слов «неудача» или «унижение» есть огромный эмоциональный заряд. А может быть, вы решите, что неудач не было — были только результаты? Может быть, вы чувствовали не унижение, а сму­щение или неловкость? Язык — это «про­граммное обеспечение», которое руково­дит «железом» вашего мозга. Выбор раз­личных слов и образов может существен­но уменьшить эмоциональное воздействие ваших страхов и показать вам новые и более плодотворные модели поведения.

    В конечном счете именно вы контролируете то, что вас связывает с болью и удовольствием. Все мы после прожитых лет несем за­пас бесполезных или даже деструктивных связей между людьми, вещами, собы­тиями, а также болью и удовольствием. Переоценка этих связей позволит нам изменить модели нашего поведения навсегда. Этот сложный процесс мы обсу­дим в следующих главах.

    • Боль — это зачастую скорее ощущение, чем реальность.
    • Информация о боли может быть модифицирована и искажена в мозгу.
    • Мозг вырабатывает опиумоподобные вещества, которые подавляют чувство боли и вызывают состояние, похожее на естественное «опьянение».
    • Мозг манипулирует душевной болью так же, как и физической.
    • Вы можете использовать слова как своего рода «программное обеспечение» для то­го, чтобы руководить «железом» мозга и контролировать свои эмоции и поведение.
     



  • На главную

    [© 2014 Любовь